Ты неистово билась в пароксизме оргазма,
Выгибаясь дугой подо мной.
Рядом капала тихо нативная плазма,
Да хрипел безнадежный больной

Под размеренный скрип проржавевшей кровати,
С аппаратным дыханьем попадающий в такт.
Нелегко быть врачом в интенсивной палате –
Это малоизвестный, но проверенный факт.

По локоть руку запустив,
В Ваш орган половой,
Но сил прилив не ощутив,
Лежу я сам не свой.

Моей руке противно там,
И очень горячо,
Но знаю я – приятно Вам,
И лезу по плечо.

А Вы от рвенья моего
Лежите чуть дыша.
Я знаю – Вы меня всего
Всосете не спеша.

Там что – зыбучие пески,
Пещера, или пруд?!!
Позволь хотя бы снять носки!!!
Ай-ай! Буль-буль! Капут...

Девчонка в синем сарафане
Несла врачу свою мочу
В литровой банке, не в стакане,
Анализ делай, не хочу!

А доктор, от смущенья тая,
В анализ смотрит, чуть дыша,
Он знает, что она – больная,
Но до чего же хороша!

Какая грудь, какие ноги!
(Избыток витамина «С»?)
И выражение тревоги
За свой диагноз, на лице.

Она к нему подходит ближе
И тоже дышит тяжело.
– Скажите, доктор, можно выжить,
Имея в заднице весло?

Понятья нет, зачем спросила,
В глазах огромных – скорбь и страх.
А доктор в пол глядит уныло,
Унять стараясь дрожь в руках.

И вдруг исчезли все препоны,
Как будто прорвало врача!
С кушетки раздавались стоны,
И тихо капала моча…

Прослыл я с детства зоофилом,
И должен я признаться Вам,
Что, хоть зовут меня дебилом,
Любим я нильским крокодилом,
И бесконечно дорог львам.

Я ихневмонов уважаю
И обожаю анемон.
Одних – я в огород сажаю,
Других – в пампасы провожаю
Под колокольный перезвон.

Люблю смотреть в восторге диком,
Как выхухоль повидло ест.
Её подбадриваю криком,
А после, с умилённым ликом,
Её сажаю на насест.