Эра: 1989 Цикл: Хроники Томского Политеха Ознакомиться с частью 1… Ознакомиться с частью 2… Ознакомиться с частью 3… Дозревание Коллекционирование Сбыча Урожай Послесловие Бонус

«Спектрум»

ZX Spectrum, он же Speccy, он же Синклер Спектрум он же – отдушина для тысяч радиолюбителей, вышвырнутых на обочину профессии разрушительной «перестройкой». А ещё «Спектрум» заполнил собой пустоту, когда армия компьютерных маньяков, этих жертв информатики, уже рвалась в бой, а компьютеры в страну завозились с перебоями и по ценам растаможенных автомобилей…

Дозревание

К этому времени особо любознательные парни (в числе которых числились и мы с Вадиком) уже успели разочароваться в металлоломе, который родная кафедра выдавала за ЭВМ, а также в самодельных бытовых компьютерах, типа «Специалиста» (доделать который не было суждено судьбой). Срочно нужна была какая-то альтернатива нудной учёбе, а до торговли «сникерсами» мы пока не доросли. Зато дозрели до главного хита сезона – персонального компьютера «Спектрум».

Эта заморская штуковина существовала и в заводском исполнении: в красивом пластмассовом корпусе и с инструкцией по эксплуатации. Но только где-то очень далеко и в виде легенды. Мы знали одного счастливчика, который видел фирменный «Спектрум» своими глазами, издалека. Уверял, что хреновина – маленькая и очень красивая. Но внешняя форма интересовала нас меньше всего. Главное, чтобы оно работало – руки ведь не для скуки. Оставалось лишь сдуть пыль с боевого лобзика и снова встать на проторенную дорожку, ведущую на «тучу» – окунуться в людское месиво и попытаться выудить оттуда всё самое необходимое для самостоятельной сборки устройства мечты… двух устройств мечты, двух!

Благодаря нашим прошлым вылазкам на томскую толкучку, мастерство выживания в этом эпицентре спекуляции и обмана было освоено нами в совершенстве. Умелое укрытие в толпе от пронизывающего ветра, лавирование между островками с напёрсточниками, правильное хранение скудного запаса наличных, чтобы их не спиздили, «чёрный список» продавцов в голове, яростная способность торговаться и сбивать цену. Все эти навыки и рефлексы выработались за предыдущие разы и были готовы к использованию.

Правда, толкучка успела слегка мутировать. Люди больше не боялись кровавого КГБ и ускоренно деградировали. Вместо бывшей в употреблении, но качественной одежды из-за границы на толкучке теперь продавали тряпьё, наспех сшитое в союзных республиках или ближайших цыганских посёлках. Джинсы «монтана» стали, наконец, доступны простому народу – и на «толчок» хлынул весь оставшийся Томск. Народ неистово скупал кожаные куртки, «кожа» которых обтиралась начисто после езды в переполненной автобусе, затаривался дублёнками, у которых отклеивался мех и облачался в пуховики, лопающиеся на сильном морозе. Но это никого не останавливало.

Тратить деньги на такую нелепость, как одежда, мы себе позволить не могли. Но нам предстояло продраться сквозь всю эту кишащую массу, топчущую друг друга и сминающую посиневших от холода спекулянтов – «секция электроники», как мы помним, находилась в самом конце. Сидящие на тропинке напёрсточники тоже неминуемо деградировали. Когда-то они изящно прятали шарик, придумывали психологические игры для вовлечения клиентов, изобретательно отвлекали. Но рыба пошла бестолковая, наглая и тупая. Пошла косяками. Изгаляться не было никакого смысла, и деволюция сделала своё чёрное дело. Теперь катанием шарика занимались здоровенные кабаны, вместо шарика по картонке заелозил теннисный мячик, а вместо напёрстков – пластмассовые стаканы. Основной задачей было уговорить лоха присесть и угадать. Не угадал – гони бабло, угадал – всё равно гони бабло, а иначе… «Пацаны, хуярь этого козла дубинами – он жульничал!». Понятно, что при таких правилах желающих «схватить удачу за шарики» резко поубавилось. Поэтому пацаны прививали это желание, как могли… «Пацаны, хуярь этого козла дубинами – он нами брезгует!».

Большинство «устроителей лотереи» вообще исключили из обращения шарики, напёрстки и прочую ерунду. Достаточно было дубин и выбора стратегически правильного места. При таком «апгрейде» пользоваться тучей стало совершенно некомфортно. Когда на «тропе смерти», ведущей на «тучу», начинался дубиночный замес, толпе деваться было особо некуда: вокруг такое же мясо, а по сторонам – сугробы по горло. И толпа начинала в панике топтать саму себя. «Нет, мы пойдём другим путём», – вспомнили мы умную мысль. И нашли, таки, альтернативу.

Новая дорога была безлюдной и короткой. Но проходила она по трубам теплотрассы, которые в одном месте даже превращались в перекинутый через реку мост. Река, к слову, была какой-то странной, ибо не замерзала даже при минус 30 за бортом. Вероятно – это просто сливали отработанную тяжёлую воду из секретного ядерного реактора. Спрыгнув в нужном месте с трубы в снег, надо было проползти десяток метров и перелезть через забор, чтобы оказаться на заветной толкучке.

В рядах с радиодеталями нас теперь уважали. Ведь отныне мы – не какие-нибудь салабоны, собирающие вшивые детальки для дурацкого «Специалиста». Мы теперь – серьёзные парни, собирающие всё то же самое, но для крутейшего «Спектрума»! Очень скоро нас свели с местечковым гуру. Заиндевевший гуру бродил меж рядов и притаптывал замёрзшими ногами. Из-за отворота его тулупа торчали печатные платы, а на табличке, висящей на шее, перечислялось богатство, которое он мог продать.

Мы, естественно, решили начать достижение мечты (двух) с приобретения одной наиболее правильной схемы «Спектрума» и двух плат к нему. На остальное надо было откладывать деньги. Гуру так задубел, что его пальцы не сумели извлечь из недр тулупа необходимый товар, а потому он неосмотрительно сообщил нам свой домашний адрес.

Коллекционирование

Проживал гуру в общаге ТИАСУРа (вражеское нашему политеху учебное заведение), в семейных «апартаментах» совместно с женой. Жену он, судя по всему, любил, но истинную страсть питал к «Радио-86РК», этому алфавитно-цифровому анахронизму, обожать который было не только не модно, но и позорно. Но, что поделаешь – первая любовь. Душой он был предан «эРКа», а «Спектрумами» промышлял исключительно ради финансового благополучия. За что сходу был и прозван нами «эРКашкой».

Для своего детища Эркашка спаял всё, что только было можно. И даже – чего нельзя. Наведывались мы к ним в общагу часто и без предупреждения: ничего не поделаешь – коммунисты в то время скрывали от народа прелести мобильной связи. И каждое наше пришествие выглядело почти всегда одинаково:

• Тук-тук! Из-за двери выглядывает испуганное лицо Эркашкиной жены.
• «А, это вы снова. Мужа нету дома» – «Ноу проблем, подождём – зря, что ли, по морозу через полгорода пилили…».
• Садимся под дверью, словно бедные родственники, ждём.
• Минут через 15 из своей комнаты (как помним, его там не было) выходит Эркашка собственной персоной: «Ну, это, заходите, коли припёрлись».
• Около часа он с упоением демонстрирует нам новые примочки для «Радио-86РК», пока мы вежливо не намекаем на «Спектрум».
• Неохотно и безразлично Эркашка предъявляет нашим ошарашенным взорам «спектрумовские» игрушки: 8 цветов, звук – нет, выдержать это почти нереально.
• В качестве оправдания своего визита мы у него что-нибудь покупаем и прощаемся.
• Обратно идём, восхищённо обсуждая наши будущие «Спектрумы». В этот момент мы не чувствительны ни к голоду, ни к холоду.

Интересно, к настоящему времени мужик уже достаточно «прокачал» свой «Радио-86РК», чтобы эта железяка, наконец, поработила человечество? Надеюсь, нас с Вадиком эти электронные мозги ещё помнят – назначат на должности старших рабов…

Но, вернёмся из апокалиптического будущего в наше реальное прошлое. Итак, собрать комплектующие было не совсем просто. Одних только вариантов самодельных «Спектрумов» были несметные количества: «54», «Балтика», «Ленинград», «Ленинград-2», «Пентагон» и т.п. Усугублялось всё дефицитом особо ходовых деталей и скудностью информации. Но, в конце концов, всё упиралось в деньги. Их было мало. Не буду описывать процесс сбора всех микросхем, плат, кварцевых резонаторов, разъёмов и прочеё поебени, дабы не утомлять непосвященного читателя. Остановимся на истории добычи одной и самой главной – микропроцессоре. Сердцем «Спектрума» был Z80 – «зилог», как называли его особо матёрые «спектрумщики».

В этот солнечный морозный денёк на тучу мы выдвинулись втроём. К нам с Вадиком примкнул пацан с параллельной группы по фамилии Шкипер (тот, что особенно страдал во время посвящения в студенты). Он давно жаждал испытать себя в аду толкучки, а узнав накануне, что мы собираемся торжественно приобрести два буржуйских процессора за немыслимые деньги, понял, что час его пробил.

До конечной трамвая доехали нормально, Шкипер почти не паниковал. До труб теплотрассы тоже добрели без происшествий. А потом бедолаге пришлось сознаться, что дальше – по трубам. Дима был смекалистым парнем: затравленно покосившись на зловещие трубы, уходящие в туманную даль, он поинтересовался – нет ли где обходного пути. Пришлось красочно объяснять суть фразы «Пацаны, хуярь этого козла дубинами…». Дмитрий принялся неуклюже покорять теплотрассу.

Продвигались медленно. Встречу с прекрасным (чёрный прямоугольничек Z80 с сорока идеальными ножками) оттягивал наш новый попутчик. На прямой ему ещё удавалось семенить мелкими шажками, хуже было, когда труба совершала художественный загиб – Шкипер припадал на корточки и преодолевал поворот гуськом, отчаянно проклиная судьбу, Томск и изобретателя «Спектрума» – сэра Клайва Синклера. Последнего он тронул напрасно – трубы вдруг неожиданно (не для нас) нависли над радиоактивной рекой. К этому Шкипер был совершенно не готов. Он ещё мирился, когда теплотрасса пролегала прямо над земной поверхностью, но трёхметровая высота, да ещё над жидкостью, которая мгновенно превращает человеческое тело в холодец…

Через полчаса Дима сполз на другом берегу прямо в снег. Его вердиктом стало многозначительное утверждение: «Нет, бля, Рэмбой мне точно не быть!». Спорить никто не стал.

Ну, а потом, словно в сказке, мы нашли бродячего «коробейника», у которого было всё, что нам нужно для счастья: Z80 (целых два). Твёрдой рукой отдали деньги, переместили драгоценные «кусочки» в потайные карманы, да и двинули назад. Но у Дмитрия Шкипера в этот день была явно плохая карма…

Залупы на снегу у Вадика получались вполне похоже: три штриха – и готово. Особенно для этого подходили стёкла автомобилей, припорошенные снежком. Вот и сейчас, на радостной волне Вадик размашисто «озалупил» лобовое стекло стоящей у нас на пути машины. Когда сзади послышался звук открываемых дверей, он автоматически транслировался в моём мозгу в известное предложение, которым мы ещё недавно стимулировали Шкипера выбрать короткий путь. Мы оглянулись – это были они: пуховики, дубины, отсутствие позитива на лицах. Думаю, нас хотели убить лишь за факт прикосновения к их личному снежку на их же стекле. И, пока «пацаны-хуярь-этих-козлов-дубинами» не осознали, ЧТО именно нарисовал им Вадик, следовало принимать какое-то решение. И мы дёрнули…

Дмитрий-«Не Рэмбо»-Шкипер, оказывается, просто прикидывался: стартовав, словно Карл Льюис, он перемахнул через забор, словно Сергей Бубка, после чего преодолел гигантский сугроб стилем «баттерфляй», словно Ихтиандр, и в два счёта оказался на трубе теплотрассы, словно чемпион по альпинизму хуй знает вообще, с какой фамилией.

Поначалу бежалось бодро и легко. Но предательский снег, припорошивший незадолго до того стекло злополучного автомобиля, успел покрыть и металлическую оболочку труб. На первом же изгибе бежавший впереди Вадик не учёл исчезнувшую силу трения, ноги его беспомощно заскользили, туловище на миг зависло в горизонтальном положении, после чего рухнуло на трубу. Вадик, подобно Штирлицу, чудом за что-то зацепился и не полетел вниз (куда не ступала нога человека, и где глубина снежного покрова достигала не менее 10 метров с остро заточенными сосульками на дне).

Шкипера происшествие расстроило, энтузиазм его угас, организм перестал вырабатывать адреналин – его запасы попросту иссякли. А впереди, как назло, начиналась кислотная река – её мы проскочить в едином порыве не успели. Дима припал ничком к трубе, вытянувшись во весь свой двухметровый рост, и, буквально прилипнув к холодной поверхности. «Мы все здесь умрём!» – кричал он. – «Бросайте меня!». В этот момент мы огляделись – наших преследователей на горизонте не наблюдалось. Видимо, пацаны с дубинами пожалели свои пуховики «грюндиг» и не полезли на трубы ради каких-то доходяг-студентов. Поэтому оставшийся путь наша «траурная» процессия проделала, не спеша: Вадик ждал нас на твёрдой почве, Шкипер полз, словно гигантский слизняк, а я уныло плёлся позади. Больше Дима на толкучку никогда не ездил.

А у нас с Вадиком впереди маячил целый месяц голодовки. В качестве компенсации за маленькие кусочки пластмассы в наших потайных карманах.

Сбыча

А как только был собран последний необходимый шуруп, мы приступили к сборке. Спаянные платы, естественно, не работали. Бессонные ночи, проведённые за «прозвонкой» контактов, бессонные дни, потраченные на снятие осциллограмм в институтском ВЦ – всё это, в конце концов, окупилось. «Спектрумы» заработали. Конечно же, не совсем так, как надо – в «абсолютно правильной» схеме таилась ошибка, которую хитроумные дельцы с «тучи» исправляли всем желающим, продавая «секретную» микросхему со стёртой надписью (нам, конечно, вычислить её не составило особого труда).

Но, если плата с деталями – это всего лишь слепое повторение, то остальная «обвеска» – сплошное наше творчество. Например, что можно соорудить из детского конструктора, герконов, эпоксидки, оргстекла и вязальных спиц? Клавиатуру для «Спектрума». А из мыльницы, стирательной резинки, консервной банки и снова вязальной спицы? Джойстик для «Спектрума» (тот самый, «Kempston»). А если взять обычную 16-ножечную микросхему и подвести к ней 220 вольт, то сокрытый внутри кристалл с визгом и треском вылетает нахер, а остов микросхемы превращается в отличный разъём. Опять, таки, принуждаю себя остановиться в перечислении, дабы не нервировать читателей-гуманитариев.

Отдельным развлечением было – подключить «Спектрум» к прокатному чёрно-белому телевизору в общаге. За 25 лет этот ламповый монстр успел окупиться тысячекратно, но за сорванную пломбу всё равно штрафовали. Но это никого не останавливало.

Проверяем, что разъёмы не перепутаны, врубаем питание… Внимание! У тех, кто в теме, сейчас защемит сердце от ностальгии…

Экран чернеет, на миг появляются и исчезают тоненькие красные вертикальные полоски, экран светлеет, внизу высвечивается: «© 1982 Sinclair Research Ltd».

И это было истинным счастьем!

Урожай

А потом спать, есть и удовлетворять основные инстинкты стало вообще некогда. Магнитофон, отвёртка для подкручивания головок, ватка и одеколон для протирания головок… и гора аудиокассет со «спектрумовскими» шедевральными игрушками. Каждая загружалась минут по пять (ужас, не правда ли?). И только, благодаря этим паузам, наши измученные организмы получали скудные питательные вещества и воду.

О, эти звуки, навсегда впечатавшиеся в мозг! Сначала пилот-тон – писк, сопровождающийся широкими красно-голубыми полосками. А потом – жёлто-синие узкие полоски, означающие загрузку информации. Чтобы было не скучно ждать, вначале всегда грузилась восхитительной красоты (условно-восхитительной) заставка. А уж потом остальное. Хорошо, если пять минут ожидания не были напрасными. Из-за безжалостной надписи «Tape loading error» я лично в припадке неконтролируемой ярости расхерачил пару магнитофонов.

А что это были за игры! Умещающиеся в несколько килобайт!! Захватывающие тебя целиком!!!

Кто не помнит «Элиту»? Сколько можно было часов провести, не выключая «Спектрум», бороздя галактики, торгуя, отбиваясь от космических пиратов и зарабатывая себе звания? А ведь там ещё были секретные недокументированные миссии! А кто помнит «Into the Eagle’s Nest»? Вид сверху, диверсант в логове фашистов, стрельба из автомата, бомбы, немедленная смерть за малейший просчёт – всё это требовало филигранной техники и целиком зависело от того, как тщательно отшлифованы самодельные «спектрумовские» кнопки. А изометрические «трёхмерные» бродилки по лабиринтам? А бесчисленное множество «адвенчур», в которых команды следовало вводить словами?

Игровых компаний, производящих игры для «Спектрума», было столько, что в мозгу не хватало памяти их все запомнить. Игры становились круче день ото дня – и это притом, что само железо никак не апгрейдилось. Кассеты с играми (трогательный списочек, написанный от руки, на бумажке, вложенной в футляр) продавались в любом киоске. Эти кассеты переписывались друг у друга специальными программами (правда, требовалась недюжинная усидчивость).

Если б не проклятая магнитофонная загрузка – «Спектрум» смог бы окончательно завоевать Землю, ей богу.

Послесловие

Кое для кого (типа Эркашки) «Спектрумы» стали источником адского обогащения. Их собирали и продавали. Знавали мы предприимчивых парней с нашего «политеха», которых по всей толкучке разыскивали свирепые «гости с юга». Им продали «Спектрум», но о том, что для подключения к телевизору этот самый телевизор нужно разобрать и слегка перепаять – скромно умолчали.

Другие пристраивались со своим «Спектрумом» где-нибудь в магазине на табуретке, давали поиграть всем желающим, засекали время и собирали деньги.

Мы с Вадиком решили увеличить масштабы. Для этого скооперировались с пронырливым чуваком со странным погонялом Скаржопа. Он договорился с администрацией железнодорожного вокзала о выделении нам уголка. Туда он засобачил внушительную конструкцию из ДСП и двух цветных телевизоров, защищённых троллейбусным стеклом. Против вандалов также предназначались «бронебойные» джойстики от станков с ЧПУ (числовым программным управлением). По ним можно было херачить молотком – ущерба никакого. Картину дополняли стальные кнопки. Нашей с Вадиком задачей было внутреннее наполнение: пара «Спектрумов», дооснащённых монетоприёмником и таймером, отключающим джойстики по окончании оплаченного времени. Проект накрылся медным тазом, когда выяснилось, что какая-то сука просунула в щель лом и раскрошила обоим телевизорам кинескопы. В сердцах Скаржопа собственноручно закончил разрушение конструкции.

А в начале 90-х «спектрумания» достигла своего пика. Настала золотая пора. «Спектрум» оснастили дисководом – скорость загрузки игр сократилась с 5 минут до 5 секунд. Их стали продавать под разнообразными «вывесками». Появилась газета «ZX Ревю», целиком посвящённая «Спектруму». Но и его время, увы, всё равно безвозвратно уходило…

Бонус

Только для тех, кто хотя бы раз набирал команду LOAD с двумя кавычками! Эротическая фотосессия «спектрумовских» виртуальных тёлок из игры «Zodiac Strip». Наслаждаться здесь…

Продолжение следует…

Читать другие части цикла Хроники Томского Политеха